Составить предложение со словом «оклад» в разных значениях


Джонсон состоял поверенным этой компании с годовым окладом в три тысячи фунтов стерлингов.

Т. Драйзер, «Трилогия желания. Стоик»

Фрэнк даже сговорился было с мистером Дэлримплом насчет работы у него в субботние дни, но вскоре после того, как ему стукнуло пятнадцать, его отец стал главным кассиром с годовым окладом в четыре тысячи долларов, и о работе за прилавком, конечно, больше не могло быть и речи.

Т. Драйзер, «Трилогия желания. Финансист»

Каупервуду-старшему уже мерещился двадцатитысячный оклад председателя правления, и в значительной мере он был обязан этим сыну.

Т. Драйзер, «Трилогия желания. Финансист»

Потом встал, умылся и оделся, привычно покрестился на образок, висевший над изголовьем моей дешевенькой железной кровати, - тот самый, что, как это ни удивительно, и теперь висит в моей спальне: темно-оливковая, гладкая, окаменевшая от времени дощечка в серебряном грубом окладе, означающем своими выпуклостями трех сидящих за трапезой Авраама ангелов, восточно-дикие, запеченные лики которых коричнево глядят из его округлых дыр, - наследие рода моей матери, ее благословение мне на жизненный путь, на исход в мир из того подобия иночества, которым было мое детство, отрочество, время первых юных лет, вся та глухая, сокровенная пора моего земного существования, что кажется мне теперь совсем особой порой его, заповедной, сказочной, давностью времени преображенной как бы в некое отдельное, даже мне самому чужое бытие.

И.А. Бунин, «Жизнь Арсеньева»

Пахло сладким чадом, огоньки трепетали, лик образа древне глядел из-за них в пустом кружке серебряного оклада.

И.А. Бунин, «Тёмные аллеи»

В Скобяном висит на цепи над срединой прохода икона большеглазого Спаса в ржавом окладе.

И.А. Бунин, «Тёмные аллеи»

Вот, на повороте аллеи, весь дом вдруг глянул на него своим темным фасом; в двух только окнах наверху мерцал свет: у Лизы горела свеча за белым занавесом, да у Марфы Тимофеевны в спальне перед образом теплилась красным огоньком лампадка, отражаясь ровным сиянием на золоте оклада; внизу дверь на балкон широко зевала, раскрытая настежь.

И.С. Тургенев, «Дворянское гнездо»

Ни одна суздальская картина не залепляла чистых бревенчатых стен; в углу, перед тяжелым образом в серебряном окладе, теплилась лампадка; липовый стол недавно был выскоблен и вымыт; между бревнами и по косякам окон не скиталось резвых прусаков, не скрывалось задумчивых тараканов.

И.С. Тургенев, «Записки охотника»

За ними солдаты и офицеры несли большую, с черным ликом в окладе, икону.

Л.Н. Толстой, «Война и мир. Том 3»

Искрится на камельке осколок зеркала, лишь в переднем углу темно и тускло отсвечивает посеребренный оклад иконы.

М.А. Шолохов, «Тихий Дон»

Штокман увидел, как огромный немолодой красноармеец влез на столик, сцапал левой рукой короткий рыжий оклад комиссаровой бородки.

М.А. Шолохов, «Тихий Дон»

Образ в золоченом окладе, в который непосредственно ударяли лучи лампадки, с какою-то изумительной яркостью, словно что-то живое, выступал из тьмы; на потолке колебался светящийся кружок, то вспыхивая, то бледнея, по мере того как усиливалось или слабело пламя лампадки.

М.Е. Салтыков-Щедрин, «Господа Головлёвы»

Через месяц Семена Александрыча делают хоть и не столоначальником, - начальство думает, что для этой должности он недостаточно боек, - а чем-то вроде регистратора, с столоначальническим окладом.

М.Е. Салтыков-Щедрин, «Мелочи жизни»

Посидит на этом окладе, а скоро, глядишь, и прибавят рубля три.

М.Е. Салтыков-Щедрин, «Мелочи жизни»

Мы пришли в суд в исходе одиннадцатого; но так как заседание должно было открыться не ранее часа, то никого еще не было, кроме сторожей и приказных низшего оклада.

М.Е. Салтыков-Щедрин, «Современная идиллия»

Услужливые старухи отправили ее было уже туда, куда и Петро потащился; но приехавший из Киева козак рассказал, что видел в лавре монахиню, всю высохшую, как скелет, и беспрестанно молящуюся, в которой земляки по всем приметам узнали Пидорку; что будто еще никто не слыхал от нее ни одного слова; что пришла она пешком и принесла оклад к иконе божьей матери, исцвеченный такими яркими камнями, что все зажмуривались, на него глядя.

Н.В. Гоголь, «Вечера на хуторе близ Диканьки»